 |
|
Нет судьбы, которую не превозмогло бы презрение. Иногда спуск исполнен страданий, но он может проходить и в радости. Это слово уместно...
— Вы обязаны защищать гражданина Соединенного Королевства от покушений на его жизнь и имущество. — Кто же на вас покушается? — Не знаю...
Согласно ему я, прыгнув в пропасть, должен был стать чистым восприятием и двигаться туда и сюда между тоналем и нагвалем, двумя внутренне присущими сферами всего творения...
Лучшее водоснабжение дачного дома для вашего дома.
Смотрите также:
Ганс Хейнц Эверс. Пражский студент
Р. Грищенков. Ганс Гейнц Эверс
«Сердца королей» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 17) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... — Мне все время так страшно… — И добавила, пытаясь изобразить улыбку: — Но с той минуты, как вы пришли, со страхом покончено!.. Я обещаю вам, что стану смелой… Все это продолжалось лишь несколько секунд, и Мегрэ не переставал удивляться, что рядом с ним сидит живая коротышка, чьи дрожащие пальцы нервно теребили сумочку из крокодиловой кожи. Поскольку за ними наблюдал официант, он спросил: — Что будете пить? — Что нибудь крепкое, если позволите… — Коньяк? — Пожалуй… Я не сомневалась, что вы приедете… Но мне было страшно думать, что вы, возможно, не приедете вовремя… — Вы племянница Люка? — Да… Я полагала, что вы об этом догадаетесь… Вернее, его внучатая племянница… Я не сообщила вам свое имя и свой адрес только из опасения, что почта… В этот самый момент она впилась взглядом во что то, вернее в кого то: за столик террасы чуть поодаль сел молодой человек. Мегрэ почувствовал, как в глазах девушки промелькнула тревога, и проворчал: — Это он? — Кто? — Вон тот тип… Но она тут же взяла себя в руки и улыбнулась: — Да нет же! Вы ошибаетесь… Просто как только появляется мужчина, особенно в бежевом плаще, я вздрагиваю помимо своей воли… Мегрэ заметил, что вместо того, чтобы осушить свою рюмку одним глотком, она медленно смачивала губы в коньяке. От него также не ускользнул ироничный и немного презрительный взгляд официанта, и он понял, что ему выпала роль некого господина неопределенного возраста, любителя свежей юности. — Меня зовут Берта, — продолжала девушка, по всей видимости не любившая молчание. — Мне двадцать восемь лет… Теперь, когда вы согласны заняться моим делом, я готова рассказать вам обо всем… Ее красная шляпка делала ее столь же ослепительной, как и весна, но тем не менее в ней чувствовалась уверенность хозяйки, которая знает, что она хочет. — Ибо вы согласны, не так ли, господин комиссар? — Мне еще ничего не известно о вашей истории… — Вы о ней узнаете! Вы узнаете обо всем! Отныне вы избавите меня от тревоги… Неужели присутствие молодого человека в плаще выбивало ее из колеи? Она постоянно вертела головой по сторонам. Ее взгляд провожал проходивших мимо людей, возвращался к Мегрэ, потом переходил на рюмку коньяку, на молодого человека, она по прежнему старалась улыбаться...
